Январь
Пн   4 11 18 25  
Вт   5 12 19 26  
Ср   6 13 20 27  
Чт   7 14 21 28  
Пт 1 8 15 22 29  
Сб 2 9 16 23 30  
Вс 3 10 17 24 31  












'Я горжусь Бобровским'. Лучший тренер сезона в НХЛ

Прошлым летом Колин Каперник из американского футбола сел при исполнении гимна США, бригада авторов South Park, как всегда, поглумилась над ситуацией, а Джон Торторелла по привычке закрутил гайки: «Если кто-то из моих игроков сядет при исполнении гимна, то просидит на лавке весь матч». Потом Торторелла набирал состав в сборную США, тоже как всегда. Все аналитики включали в команду снайпера Фила Кессела, но Торторелла взял ветерана «Коламбуса» Брэндона Дубински. Часть американских журналистов свела всё к симпатиям-антипатиям - Дубински и Торторелла вместе работали в «Нью-Йорк Рейнджерс», когда их товарища, Дерека Степана, коленом в колено сломал Брукс Орпик из «Питтсбурга». «Дешёвый, грязный удар, - бесился Тортс. - Интересно, что было бы, если бы мы сломали кого-то из их двух сладких звёздочек. Самая наглая организация в лиге. Никакого уважения к нашим игрокам. Сломайте Кросби или Малкина, и они заноют, как всегда. Или начнут ныть по другому поводу». С тех пор Торторелла ненавидит «Питтсбург».

С Дубински американцы ожидаемо вылетели с Кубка мира, а Тортс получил новую порцию насмешек. Мало было «Ванкувера» и отставки после года работы, чего в НХЛ не случается почти никогда, тут ещё и сборная США со своим первобытным хоккеем. Вбрось, воткнись, ударь, прибей - самый показательный момент для команды, чей стиль напоминал лихие 90-е, случился уже в контрольных матчах, когда Райан Кеслер мощно припечатал к борту какого-то канадца и сам получил на орехи. На жёсткость американцы отвечали жёсткостью, а на комбинационный хоккей ответить было нечем.

Кубок мира был волшебным турниром - швейцарский волшебник Маркус Крюгер выдернулся из футбольного «Саутгемптона», чтобы найти общий язык для сборной Европы из немцев, французов, словаков и латвийцев, а Джон Торторелла, несмотря на провал, вновь встретил самого значимого коллегу в своей жизни. Помощником Тортса в «звёздно-полосатой» сборной был Майк Салливан - раньше они вместе ставили догматичный хоккей в «Рейнджерс», а теперь Майк вырос из штанов помощника, создал в НХЛ «скоростную моду», выиграл Кубок Стэнли. Они были как единое целое, как кофе и молоко в одной чашке, и даже смена взглядов не изменила их взаимоотношений. Даже работа Салливана в «Питтсбурге».

«На Кубке мира я многое переосмыслил, поработав с другими тренерами», - делился мыслями после турнира Торторелла. Младший коллега Салливан помог Джону изменить свой характер, подход к хоккею. Представить такое пару лет назад было невозможно - казалось, что научить Наиля Якупова обороняться легче, чем поменять ледяной характер Тортореллы.

**
«Каким я был хоккеистом? Ноль таланта. Полный ноль. Я просто наслаждался конкуренцией и конкурировал, играя жёстко», - вспоминает Торторелла. В университете Мэйна он совмещал хоккей и бейсбол, между тренировками подрабатывал продавцом билетов и прокатчиком коньков. Был тихим, как мышь. Тренер что-то подскажет - Джон кивнёт, а в ответ не скажет ничего. Однажды к Тортсу пришлось посылать помощника университетской команды, Теда Касла, чтобы он утихомирил своего жесткача: «Эй, прости, но тренер не может смотреть, как ты каждый раз летишь в угол площадки, чтобы кого-то убить». Молодой парень затеял три драки за день.

На выпускной после трёхлетнего курса молодого бойца Торторелла пришёл в бейсбольном джерси, потому что был расстроен вылетом своей команды из плей-офф, снова не проронил ни слова на праздничном ужине, а летом уехал в Швецию. Это был 1981-й, хоккейный мир сошёл с ума после «Чуда на льду», и в Кристианстаде, куда Тортс приехал вместе с Барри Хьюзом, ими восхищались все поклонники хоккея. Тогда не было Интернета, статистических баз данных, так что жители думали, что приехали те самые студенты, которыми гордится Америка. Подумаешь, что они ехали в третью шведскую лигу. Торторелла и Хьюз даже жили немного по-студенчески - купили старую «Мазду», бесились от штрафных бланков за неправильную парковку, воровали бруснику у местных.

«Он уже тогда был достаточно сильным, - вспоминает Матс Апснес, вратарь того «Кристианстада». - Он заходил в раздевалку, и мы им восхищались: сильный, с длинными волосами, похожими на солому, с густой чёрной бородой, тёмными глазами. Однажды он не рассчитал силовой приём, упустил игрока и вылетел на асфальт. На коньках он побежал по асфальту и сиганул через перила обратно на лёд. Мы загорались этим».

За сезон в Швеции Торторелла успел даже попасть на обложку городской газеты. Играли с «Вернаму», Джон к началу второго периода устроил два боя, судья присудил матч-штраф, и Тортс, уезжая греться в раздевалку, увидел, как соперники стали радоваться удалению студента-бойца. Торторелла подъехал к скамейке, начал махать кулаками против всей команды, свои же еле оттащили. На следующий день фотография Тортса украсила газету Кристианстада, где иронично написали: «Джон выиграл матч в матче. В боксе за такое присудили бы победу по очкам».

Матс Апснес забыл бы про американца и его тягу к дракам, если бы не тренерская карьера Тортореллы. «Однажды вечером я включил хоккейную трансляцию, увидел знакомое лицо и был изумлён, - вспоминает Апснес. - Я был готов выплюнуть кофе. Я смотрел в экран и говорил: «Что он там делает?».

**
«Коламбус» и «Тампа-Бэй», где я работал раньше, очень похожи, - говорит Торторелла. - Там был такой же настрой, ребята прогуливали тренировки. Думаю, когда ты несчастен, тебе нужно, чтобы тебя толкнул кто-то, кто тебе не нравится. Чтобы ты сопротивлялся. Это делает команду сильнее, вы справляетесь с невзгодами. А толкаю, естественно, я'. Сейчас забавно вспоминать, но в «Тампа-Бэй» Тортс приходил как временщик. Ассистентом он проработал достаточно, опыт работы главным был гораздо хуже - всего четыре матча в «Нью-Йорк Рейнджерс», все проигранные. Когда временщик стал закручивать гайки, игроки «молний» поняли, что в команду пришёл новый хозяин, прогулять тренировки больше не получится.

Первым гнев тренера испытал Венсан Лекавалье. Владелец «Тампы» называл Лекавалье «хоккейным Майклом Джорданом», у игрока ожидаемо кружилась голова, он часто выходил на матчи без мотивации, и Тортс пытался вправить ему мозги. В 2001-м «молнии» играли с «Баффало», Лекавалье отыграл два периода на одном коньке, а третий целиком просидел на скамейке. Осенью того года Торторелла отобрал у Лекавалье капитанскую нашивку, которую форвард получил в 21, и горячо высказался по этому поводу: «Я всегда ему говорю - он может в любой момент пойти пожаловаться владельцу-идиоту. Это же он назвал его 'хоккейным Джорданом'. Слишком для молодого игрока, ему нужно разобраться в себе и работать более усердно».

Таков был девиз всей «Тампы»: на лёд выходят только бойцы, каждый должен быть готов воткнуться в соперника, впечатать в борт, сбросить краги, а рисунок игры - дело десятое. Команда Тортореллы была колючей, и тренер сам её поддразнивал. Он дрался с Дэном Бойлом, матерился в раздевалке, ломал планшетки, доски, вешалки, кидался в игроков, но никогда не отступал от своих принципов. Это позже понял и Брэд Ричардс. Вместе с Русланом Федотенко он перебирался в «Нью-Йорк Рейнджерс» лично к Тортсу, но стал меньше биться, тренер расстался с Ричардсом, а объяснил решение так: «Мы вместе росли, он классный человек и игрок, но я должен принять это решение. Так что поцелуйте мою задницу, если хотите раздуть здесь скандал».

На четвёртый сезон работы с «Тампой» Торторелла выиграл Кубок Стэнли, но его стиль ещё только закладывался, и порой Тортс дико перегибал палку. «Был случай с одним новичком. Он пришёл за пять минут до отъезда автобуса, но никого уже не было. Говорили, что сбор в 9, а уезжали на 15 минут раньше», - вспоминал Никита Алексеев, поигравший у Тортореллы в «Тампе» и вспоминавший про летающие планшетки в раздевалке. «Он выиграл Кубок Стэнли, значит, он был прав».

***
- You're motherfucker! - выпалил Торторелла и накинулся на журналиста. Охрана арены «Белл Центр» в Монреале еле сдерживала тренера, брызгавшего слюной на представителя прессы в прямом смысле слова. Переводить слова вряд ли стоит.
- Ну и воспитание. Настоящий профессионал.
- Fuck you, fucking bullshit, stupid fucking asshole! - Тортс перешёл на крик. Наверное, эту реплику тоже можно не переводить.

Лучшим «другом» Джона Тортореллы во время работы в «Нью-Йорк Рейнджерс» был Ларри Брукс. Он работал в NY Post с 1996 года, стал ездить за «Рейнджерс» по городам, критиковал лигу, выдавал мощные инсайды, но наибольшее наслаждение получал, критикуя Тортореллу. В тот вечер, когда Тортс кричал на Брукса, «синерубашечники» рубились с «Монреалем». Проиграли 0:2, получив по своим воротам 17 бросков. «Это самый скучный матч года, самый скучный матч в истории НХЛ. Но 'Монреаль' оказался скучнее нас», - отреагировал Торторелла.

Он ненавидел журналистов, он был для них мишенью. Через провокационные вопросы они доставали грязные ответы. Тортс старался проводить пресс-конференции в фирменном многословном стиле: «Нет. Следующий вопрос. Да. Нет. Хорошая игра. Следующий вопрос. Нет». Временами срывался, и тогда начиналось. Однажды Ларри Брукс опять напал на Тортореллу, причём после победного матча, и Джон ответил: «Вероятно, большую часть жизни тебя избивали на автобусной остановке». После этого журналисты начали травить коуча «Рейнджерс». Такая работа в Нью-Йорке довела бы многих тренеров до нервного срыва: Торторелла атаковал тренеров, чужих хоккеистов, команды, правила, он бросался в болельщика «НЙР» бутылкой с водой. Получал даже Карл Хагелин, один из лидеров «Рейнджерс» Тортореллы: «Он смердит в большинстве. Он воняет. Каждый раз, когда я ставлю его в большинстве, он воняет».

Результатов, как с «Тампой», Тортс не достиг, скандалы вокруг него обсуждались чаще, чем результаты, а полуфинал Кубка Стэнли считался неудачей даже с такими игроками, как Майкл Рапп, Крис Ньюбери, Майкл Хейли и Дерек Дорсетт. Зато в Нью-Йорке нашёл человека, который сделал его добрее. Летом 2010-го на тренировку «Нью-Йорк Рейнджерс» приехал Лайам Трейнор, мальчик, больной ДЦП. Джон тепло встретил мальчика, ежедневно справлялся о его здоровье, когда Лайаму прооперировали бедро, и покупал всё необходимое для реабилитации. В следующем сезоне Майкл Дель Зотто, ещё один друг Трейнора, был спущен в «Хартфорд» из АХЛ, и мальчик написал Тортсу: «Нам надо поговорить». Тренер позвонил, обрисовал ситуацию и объяснил Лайаму, почему ссылка в АХЛ поможет Дель Зотто. Был матч, когда Торторелла разозлился на команду, смотрел на лёд с пропитанным злобой лицом, и тогда Лайам написал тренеру: «Тебе нужны братские обнимашки». Помощники Тортса засмеялись, сам Тортс воодушевился, поменял тон в раздевалке, и «Рейнджерс» выиграли тот матч.

«Люди думают, что он очень жёсткий. Но у него другой характер, внутри он добрый. Он очень заботливый, когда мне больно или плохо. Он всегда был моей опорой, он защищает меня и является отличным другом», - говорил про Тортореллу Трейнор. Его слова развеивали общественное мнение, называвшее Джона тираном.

Совпадение или нет, но в «Ванкувер» приехал уже немного другой Торторелла. Он больше шутил с журналистами, а не пререкался, он не конфликтовал с игроками. Лишь однажды старый добрый Тортс вернулся - когда тренер «Калгари» Боб Хартли отрядил на стартовое вбрасывание против его команды отряд тафгаев из четвёртого звена. Бугаи вроде Брайана Макгрэттана вышли бить Келлана Лейна, для которого это был первый матч в НХЛ (добро пожаловать, Келлан!), а разгневанный Торторелла в перерыве ломился в раздевалку «Калгари», набить лицо уже Хартли. Тортса дисквалифицировали на 15 дней, а Хартли за подстрекательство к драке не получил ничего.

***
«Сегодня мы дали противнику надежду на победу. Мы вышли с мокрыми штанами», - не таких слов ждёшь от тренера, который разгромил «Питтсбург», лучшую команду НХЛ, со счётом 7:1. Эта черта характера Джона Тортореллы сохранилась с 2000-х - он всё ещё максималист, требующий от команды играть на полную катушку в любой ситуации. Даже когда его «Коламбус» выигрывает крупно, Тортс просит выигрывать ещё крупнее.

Характер Тортореллы в других чертах изменился - передавайте «спасибо» за это Лайаму Трейнору, Майку Салливану и провальной работе с «Ванкувером». Его консерватизм куда-то исчез, он уверяет, что выпускает молодёжь «просто поиграть», не нагружая дополнительными установками, и это работает: по 22 минуты проводит новичок Зак Веренски, молодой и очень подвижный защитник, которого всю юность учили играть, как Никлас Лидстрём. Торторелла сам выразил доверие Заку, позвонив ему перед тренировочным лагерем. «Я не обещаю, что ты будешь играть, но у тебя есть передача, на которую не переключатся многие хоккеисты», - пробурчал в трубку коуч. Вместе с Веренски расцветает Александр Веннберг, центр первого звена, раздающий передачи Сааду и Фолиньо.

Изменился подход Тортореллы к хоккею. Влияние Салливана в игре «Коламбуса» заметно - «синие куртки» стремятся чаще комбинировать, а не бодаться в углах площадки и ловить отскоки. Дивиденды от этого получают и молодые игроки, и Саад с Фолиньо, и Кэм Аткинсон - чернорабочий «Коламбуса» внезапно стал его лучшим снайпером с 24 шайбами. Взвинтить командную скорость Тортс смог, попросив защитников меньше пасоваться между собой до красной линии. Его «Блю Джекетс» не стараются занудно бить об борта, у команды очень качественный хоккей, PDO, Corsi и прочие статистические выкладки подтверждают неслучайность взлёта команды Тортореллы.
Подход меняется и в других, базовых, вещах. Торторелла, тренер с ежовыми рукавицами, покусился на утренние раскатки, которые вводили в НХЛ отчасти как средство против загулов хоккеистов: «Когда я могу, то стараюсь обходиться без раскаток по утрам. Игроки - рабы привычек, привычного распорядка дня. Но я считаю, что эта практика - раскатка в день игры - ошибочна для НХЛ. Вместе с этим игроки ещё и перегружаются тренерскими идеями. Я пытаюсь помочь спортсменам быть как можно более свежими перед матчами».

Есть и ещё один человек, который помог Тортсу реанимировать карьеру, - Сергей Бобровский. Летом Бобровский с подачи тренера сбросил 17 килограмм мышечной массы, и это помогло ему вернуть форму, за которую он получал «Везина Трофи». «У Бобровского появился чип на плече. Он один из самых работящих игроков, с которыми я работал. Как Хенрик Лундквист. Я горжусь Бобровским, потому что прошлый сезон был для него очень сложным. Он или был поломан, или играл слабо, и он это знает».

Джон Торторелла понимает, что сезон «Блю Джекетс» не будет безоблачным, а в плей-офф будет сложно с любым соперником, но его звания главной тренерской звезды сезона в НХЛ уже никто не отнимет. В ситуации, когда неудача окончательно убивала веру в него, Тортс построил команду, заставляющую говорить в Огайо о «хоккейности» города, больного другим спортом, заразил игроков своей идеей - и те сейчас хором говорят, что это Джон сделал команду такой сильной. «Он многое изменил в своём подходе, позволил ребятам расти и допускать ошибки, для молодой команды это важно, - говорит капитан 'Коламбуса' Ник Фолиньо. - Наш взлёт - в первую очередь его заслуга». Догмы «как всегда» в словаре Тортса больше не существует.

На Матч звёзд Торторелла не прилетел из-за болезни питбуля своего сына, но летом он должен получить другую награду за свой труд. Более значимую.

Americancurlclub.ru © Россия и спорт, новости спорта.